Театральный художник и продюсер Павел Каплевич рассказал об изобретении «капеленов» и о своем медиапроекте «ПроЯвление», который можно увидеть въяве в Третьяковской галерее до 31 июля.

Павел Каплевич — настоящий человек-оркестр. Художник, работавший с Александром Сокуровым и Петром Фоменко, Анатолием Васильевым и Владимиром Мирзоевым, сегодня не только оформляет спектакли, но и придумывает их, продюсирует, пишет либретто опер, разрабатывает инновационные ткани. В общем, создает вокруг себя энергетическое поле творчества.

Сейчас в Третьяковке можно увидеть его медиа­проект «ПроЯвление». Перед зданием музея архитектор Сергей Чобан выстроил павильон — войдя в него, при свете пасмурного дня, который имитирует лайтбокс на потолке, видишь огромное полотно, похожее на выцветший гобелен. А затем «гобелен», в котором узнаешь классическую картину Александра Иванова «Явление Христа народу», прямо на глазах начинает меняться: превращается в старинную фреску, в черно-белый рисунок, в барельеф и, наконец, наполняется красками.При взгляде на этот «гобелен» может показаться, что он не XIX века, а, скажем, времен Рафаэля, который, кстати, делал рисунки для гобеленов, — рассказывает Павел. — Получается, мы как бы подарили картине еще 300 лет жизни. Это такое воспоминание о будущем.Почему я взял именно эту картину? Она никогда не была иконой, это разговор светского человека на тему религии и Бога. И для меня элемент чуда, который в ней присутствует, — это само явление Христа. И все, что я делал в этом проекте, — подтверждал это чудо. Там есть несколько переходов из одного состояния в другое, когда кажется, будто полотно начинает дышать, светиться. Вот это высечение тонкого вещества и есть то, чем занимаются художники.Вы открыли для себя что-то новое в картине Иванова?

Конечно! Я изучил все его эскизы, многие использованы в проекте. Приглядевшись к нашему полотну, вы заметите много интересного. Есть версия, что фигура, ближняя к Христу, — это Гоголь, с которым Иванов очень дружил, причем он то поворачивается к Иисусу, то отворачивается от него. Известная деталь: пожилой купальщик стоит в светлой повязке, а отражение в воде — красное. Художник считал эту картину незаконченной, он собирался над ней работать и дальше. Просто Иванов должен был отчитаться за свое путешествие в Италию, которое длилось 20 лет. Привез картину в Россию, но ее мало кто принял, а через месяц после того, как он ее показал, художник умер. Такая трагическая судьба у этой вещи… Я, между прочим, тоже 20 лет работал над этим проектом.

Павел Каплевич со звездными гостями вернисажаВы имеете в виду создание «пророщенных тканей»?

Я называю это «капелены». Мы придумали новое слово, соединив мою фамилию и «гобелены», и таким образом дали авторское название этому виду деятельности. Я не буду говорить «виду искусства», потому что тут многое совмещено: и видео, и живопись, и графика, и рельеф.

В ваших костюмах для спектакля «…Души» молодого режиссера Федора Малышева в «Мастерской Петра Фоменко» тоже использованы «пророщенные ткани»?

Нет, в театре я теперь работаю с фильцем — тканью, из которой делают воротнички для мужских рубашек. Она еще лучше: легче, не рвется, не мнется, прекрасно держит форму. У костюмов к «…Душам» интересная фактура: низ такой, будто персонажи извалялись в грязной жиже, а верхняя часть очень эффектна, и в ней можно узнать почти все направления искусства XX-XXI веков. В костюме Манилова — Кандинского, в костюме Собакевича — Ротко, в одеянии Селифана — Херста, Климт угадывается в костюме Коробочки, которую потрясающе играет Полина Агуреева. Кстати, Полина исполняет там еще сотню персонажей — собирательную роль Общества. Полина для меня практически родной человек, ведь когда-то, еще студенткой, она играла у нас в «Горе от ума» Олега Меньшикова. И я так понимаю, что именно она и сосватала меня в спектакль своего мужа, Феди Малышева, но не признается. В любом случае работать с Федей — это большой подарок.

Павел КаплевичКаков ваш следующий проект?

Это «Анна Каренина», опера на музыку советского композитора Валерия Гаврилина. Демьян Кудрявцев написал стихи, а внутренние монологи Анны, созданные Толстым, композитор Александр Маноцков положил на музыку Гаврилина. Получилось феноменально! Художником будет Сергей Чобан, а поставит спектакль юный режиссер, который очень интересен мне своей безбашенностью, — Саша Молочников.

текст: Александра Машукова

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ